После того, как на последней сессии секретарем Киеврады был избран протеже Черновецкого – Олесь Довгий – стало очевидно, что промэрское большинство в столичном „парламенте” существует. Успокаивая себя, его можно называть „ситуативным”, „временным” и непрочным, однако у демократов нет даже такой „коалиции”. Незадолго перед избранием секретаря „оранжевые” силы Киеврады, братаясь и обнимаясь в празднично украшенном Колонном зале, повторяли, что первое же голосование расставит все точки над „і”: мол, тогда и узнаем, на чьей стороне и правда, и сила. Виктор Пилипишин публично открещивался от поддержки Довгого, то же делали и Кличко, и БЮТ. Фракция Партии регионов держала нейтралитет: поживём – увидим, попробуем – определимся... Малочисленную группку Катеринчука (всего лишь пять депутатов) опрашивали в последнюю очередь, считая, что золотая акция – дежа вю! – в руках Литвина. Следовательно в сухом итоге среди промэрских сил оставался только Леонид Черновецкий с 43 депутатами и Александр Пабат с восемью представителями возглавляемого им „Гражданского актива Киева”. Вместе, то есть, 51 голос. Тогда как у „красивых”, „умных” и „сильных” голосов выходило больше: 32 – у БЮТ, 15 – у Кличко, 11 – у Виктора Пилипишина (Блок Литвина) да еще пятеро у Катеринчука. Казалось, что эти фракции (и, соответственно, политические силы, которые стоят за ними) должны победить.

Но они проиграли. Проиграли на выборах мэра, когда городским головой во второй раз стал Черновецкий. Проиграли на выборах Киеврады, потому что нынешний ее состав хуже предыдущего (с тем, который был, можно было, по крайней мере, „поиграть”, дожав в судах дело о применении императивного мандата и заменив, таким образом, 15 бютовских перебежчиков на следующих по списку депутатов). В конечном итоге, демократы проиграли в третий раз, когда упустили возможность договориться, исходя из имеющихся обстоятельств, то есть создав большинство из людей Тимошенко, Кличко, Литвина и Катеринчука. Пусть даже это большинство не отвечает смысловому наполнению термина „парламентская коалиция” и является нечто условным, оно, тем не менее, четко позиционирует людей по разные стороны баррикад как „своих” и „чужих”. Нынешние расклады засвидетельствовали: доминируют люди Черновецкого. Причем в худшем своем варианте – как те, кого хотели наказать и унизить, но кому удалось избежать экзекуций да еще и дождаться морального уничтожения противника. Эти самые люди мэра отныне на 100% убеждены в том, что им разрешено все, поэтому и будут действовать они соответствующим образом. Будьте уверены: скоро мы почувствуем их размах на собственной шкуре.

Узники нечистой совести

10 июня, в день открытия второй сессии Киеврады, фракция Черновецкого похвалялась перед коллегами тем, что уже до вечера будет иметь не только большинство, но и своего секретаря. Между тем, оппозиция была против обсуждения кандидатур на эту должность и настаивала исключительно на рассмотрении вопроса относительно формирования депутатских фракций. Но мнение демократов по этому поводу никто и не собирался выслушивать – события разворачивались по предварительно прописанному сценарию. Согласно ему, Черновецкий объявил, что Николай Катеринчук не пускает свою фракцию на заседание, держит депутатов закрытыми, и потому сессия не может быть продлена. На освобождение пленных уже направлены милиция и пожарные, заявил мэр. Низкопробный юмор ситуации был забыт сразу же после прибытия на Крещатик, 36 Павла Тесленко, Романа Ярошенко и Богдана Гавриленко – депутатов Блока Литвина, которые заявили о своем желании принимать участие в выборах секретаря Киеврады. До трех перебежчиков Катеринчука присоединился также представитель Блока Литвина Денис Костржевский. Кроме упомянутых лиц, Олеся Довгого провели в секретари депутаты Черновецкого, Пабата и фракции „Регионов”. Все они голосовали за Довгого в полном составе. К ним присоединился, само собой разумеется, и мэр, поэтому Довгий получил 62 голоса – большинство с преимуществом в один голос.

Фракция Катеринчука, не успев поработать, разбежалась

В настоящий момент уже поздно попрекать Катеринчука предвыборным слоганом о команде, „за которую не будет стыдно” или медитировать над политическим будущим „красивого” экс-претендента на мэрское кресло. Всех трёх перебежчиков Катеринчука связывают с зятем Черновецкого Вячеславом Супруненко. Да и вообще избирательные списки команды Катеринчука и Черновецкого, как деревья корнем, прорастают друг в друга многочисленными семейными связями. Очевидно, ситуацию следует понимать так: Катеринчук выполнил свое обязательство перед мэром, приведя в нужный день и в нужное время энное количество „штыков”. Как видим, много их и не понадобилось. К тому же, голосование по Довгому поддержал и Костржевский – бизнесмен и застройщик, президент компании „Міськжитлобуд”, в чьих интересах – поддерживать со столичной администрацией красивые отношения.

Что же касается самого Катеринчука, то еще в ходе избирательных гонок эксперты находили много общего между кампанией его и Черновецкого – речь шла и о стиле, и пиарных менеджерах, и даже о том, что реклама этих двух претендентов так или иначе дополняла друг друга, возникая в почти недоступных для их соперников местах – например, в вагонах метро. Юрий Луценко назвал Катеринчука „техническим кандидатом” Черновецкого, и для этого, как показывает ход событий, были определённые основания. Впрочем, Катеринчук еще имеет возможность опровергнуть подобные обвинения, обжаловав в суде результаты голосования по Довгому. Собственно, об этом первым заговорил сам Катеринчук. Другой вопрос, не лукавит ли он, случайно, покладая надежды на украинское правосудие, в частности и киевское, подчиненное, то есть, тому же Черновецкому?

Семь минус один равняется семь

Тема суда озвучивается Катеринчуком потому, что во время голосования за кандидатуру секретаря Киеврады к процедуре должны были быть допущены члены новосформированных фракций столичного „парламента”. С шестью из них проблем нет – они были созданы согласно регламенту. Что же касается фракции Катеринчука, то о ее образовании объявил Павел Тесленко – уже заклейменный Катеринчуком „изменник”. Кроме Тесленко, во фракцию вошли также Ярошенко и Гавриленко. А это уже второе нарушение регламента. Ведь, во-первых, Тесленко не имел права брать на себя подобные обязательства, а, во-вторых, фракция Киеврады не может состоять из трех лиц. Для этого нужны по крайней мере пятеро депутатов. Следовательно ни Тесленко, ни Ярошенко, ни Гавриленко не должны были брать бюллетени для тайного голосования и избирать секретаря Киеврады. Это нарушение процедуры нивелирует результат выборов, считает Катеринчук. А значит, есть все основания для их обжалования в суде, говорит народный депутат, не уточняя все же, намеревается ли он заниматься этим всерьез, или это просто сказанные им „мысли вслух”.

Между тем, перебежчики Катеринчука создали и для себя, и для Киеврады еще одну существенную проблему. Поскольку они не являются членами фракции, они не могут входить в состав постоянных комиссий Киеврады. А раз так, то не понятно, каким образом эти комиссии должны быть сформированы. Без комиссий, в свою очередь, не будет полноценного совета. Если только Черновецкий (или теперь уже Довгий) не проигнорирует все предписания и не будет считать трех „катеринчукистов” полноценной фракцией. Никаких моральных или юридических факторов сдерживания для Черновецкого и Довгого не существует, поэтому упомянутый вариант является полностью достоверным. Более того, по-другому промэрский тандем поступить и не сможет, ведь созданное им большинство пока еще не может позволить себе разбрасываться тремя депутатскими голосами. Со временем, когда оно достаточно „возмужает”, расписания внутри „коалиции” будут, очевидно, иными.

фото: УНІАН

Будущее большинства

А то, что большинство в Киевраде будет расти, не вызывает никаких сомнений. На карту поставлено распределение должностей (ведь креслом секретаря чиновнический инструментарий совета не ограничивается). Когда удастся „разрулить” проблему с постоянными комиссиями, появится вопрос об избрании их председателей и заместителей. Полностью достоверно, что на этот крючок поймают пару-тройку бютовцев и, возможно, кого-то из Блока Кличко. Более чем вероятным кажется и дрейф Блока Литвина в бок „коалиции”. Люди Катеринчука, как мы выяснили выше, уже находятся там. Поэтому ошибка может касаться только количества перебежчиков. Пока еще остановимся на скромной перспективе, но будем помнить, как в Киевраде прошлой каденции фракцию БЮТ покинуло 15 депутатов (и это невзирая на легендарную жесткую дисциплину „тимошенковцев” – даже тех, которые находятся не в парламенте, а в городском совете).

Хотя, с другой стороны, в начале июля Киеврада, как и Верховная Рада, отправляется на длительные каникулы. Для реабилитации после немыслимых трудов депутатам всех уровней нужен щедрый отдых. До июля же – рукой подать, поэтому под разными благими поводами (обсуждение ситуации с жертвами „Элита-центра” или помощь детям Папуа-Новой Гвинеи) Черновецкий может сознательно затягивать назначение следующей сессии, запечатлев в памяти депутатов свою июньскую помощь, чтобы осенью этого года получить коллег по Киевраде уже „готовыми” для последующей „работы” с ними. Другими словами, устоявшееся промэрское большинство заявит о себе немного позже – после каникул.

Но ранее или позже оно приступит к работе (к земельному дерибану, например), профиль этого большинства останется таким, каков он есть ныне. То есть с ярко выраженным тяготением в сторону Черновецкого. Тем более в канун президентской кампании, которая стартует фактически через год. Тогда расслоение на тех, кто с „Юлей” и на тех, кто против нее, пройдет еще резче. Теплые отношения Черновецкого и Банковой сыграют здесь свою решающую роль. Поэтому будет находиться БЮТ в Киевраде в оппозиции и гордом одиночестве, которое, возможно, благородно разделит с этой фракцией Блок Кличко.

А Черновецкий и его люди честно будут отрабатывать перед Секретариатом Президента решения другой насущной проблемы: дать назначение следующих выборов киевского городского головы. Конституция ничего не разъясняет по поводу проведения досрочных выборов городских органов власти, а также их юридических последствий. Поэтому переизбирать мэра можно как в 2010 году, так и в 2012-ом. Закон – как дышло, а дышло в руках, в частности, Конституционного суда. Наступит время, когда туда обратятся за соответствующими толкованиями. И вряд ли кто-то очень удивится, если они будут в интересах „заказчика музыки”, то есть и Черновецкого в частности. Ему вообще чрезвычайно „фартит” в последнее время – и солнце ему сияет, и звёзды. И – что главное! – безнадежная тупость его собственных оппонентов...