Бывший генеральный директор «Студии 1+1» Юрий Морозов и народный депутат Эдуард Прутник создали продакшн-компанию «Прима-фильм». Как известно, в мае Морозов отказался от должности в «Интер-Медиа», на базе которой ныне создан продакшн «1+1 Медиа». Позже появились слухи о том, что он возглавит продакшн-компанию, финансируемую структурами российского «Альфа-банка», которая будет снимать фильмы преимущественно для российского телевидения. Слухи не подтвердились.

Юрий Зиновьевич, сейчас «Прима-фильм» заходит на украинский кинорынок как один из его участников. Что вы думаете о состоянии кинорынка страны? Насколько он сформирован? Как развивается? Какие возможности вы видите для себя на этом рынке?

Ну, это же проблемы для докторской диссертации. Я занимался телевидением и телевизионным рынком, а кинорынком, как таковым, не занимался и только вхожу в это информационное поле. Рынок, на котором действуют продакшн студии, имеет свою специфику, потому что сориентирован на две страны - Россию и Украину. И сориентирован он так, а не иначе в силу объективных обстоятельств – вложенные деньги надо окупать – это понятно. А окупить их можно только на российском рынке. С этим придется считаться до тех пор, пока украинский рынок не сможет самостоятельно окупать произведенные у нас фильмы и сериалы. Наша ситуация мне напоминает, ситуацию, существующую, например, в Канаде, которая производит англоязычный продукт и обменивается им с Новой Зеландией, продает в Англию, в Австралию. Это абсолютно не мешает процессу развития рынка в Украине, потому что, если нужно, фильмы будут производиться на украинском, потом дублироваться на русский или наоборот сниматься на русском, а на украинском будет сделан качественный дубляж. Я не вижу в этом особых препятствий, нужно проявлять гибкость в вопросе языка, на котором снимается фильм.

На рынке продакшна сейчас работает множество структур, в том числе и крупные, как «Стар-медиа», «Про-ТБ», Film.UA, которые имеют опыт работы в различных жанрах - делают большие сериалы, мини серии, телефильмы, телепроекты. Как же выживать вновь созданным?

Да, есть крупные продакш-компании, со сложившимися традициями, которые пробуют работать в разных жанрах. Это замечательно. Есть студии небольшие, которые, ищут свою нишу на этом рынке и таких тоже немало. Я считаю, что чем больше продакшн студий, тем лучше, потому что идет эра цифрового телевидения, когда все будет решать контент, а не покрытие. Сегодня большие каналы имеют преимущество, потому что у них покрытие лучше, чем у других. Когда все каналы будут в состоянии покрыть территорию Украины, успех будет зависеть от того, как точно канал отбрендирован, как он держит свою аудиторию и как он этой аудитории поставляет необходимый телепродукт. Если этот продукт будет производится в Украине в большом количестве – на всех хватит.

И на какую долю на этом рынке надеетесь вы?

Я вообще далек от деклараций. Сейчас мы делаем три проекта. И находимся на начальном этапе производства. Это процесс творческий. А вдруг не все сложится, как планировалось. Результат зависит от того, как дело пойдет. Сейчас мы рассчитываем на наши творческие кадры - работают сценаристы, режиссеры, которые уже о себе заявили.

Какую жанровую нишу вы для себя определили?

«Прима-фильм» не планирует производить мыльные оперы, например. Нас этот жанр пока не интересует.

А что интересует?

Телевизионные фильмы и мини серии. Мы собираемся заниматься зрительскими жанрами, такими как мелодрама, комедия, детектив.

Но это тоже уже в достаточном количестве продуцируют и российские, и украинские производители.

Все равно не хватает.

Кому?

У телеканалов есть потребность в этом продукте. Да и каналов, способных оплачивать производство, становится все больше.

И эксперты, и киноредакторы, которые занимаются закупкой продукта для телеканалов, говорят, что не хватает именно качества, а не количества продукта. Уже достаточно и стрелялок, и мелодрам, и про любовь, и мистики. Зритель пресытился - все уже было и все одинаковое. И вы лучше меня знаете: чтобы влезть в этот рынок и взять долю хотя бы 15, а для ведущих каналов так и не меньше 25, нужен очень качественный продукт. Вы можете что-то оригинальное предложить?

Ну, будем стараться. Я же говорю – тут, как дело пойдет. Если получится что-то оригинальное, если наши идеи будут интересны, то тогда просуществуем. Я бы сказал так: в любом случае просуществуем, только в одном - успешно, а в другом – не очень успешно.

Какие-то предварительные договоренности с предполагаемым покупателями уже существуют?

Пока мы вот стулья только привезли в офис, и у нас договоренность с фабрикой, которая занимается мебелью.

Но вы же в процессе - три проекта в запуске.

Пока нечего предлагать. Когда будет, что предлагать, например, отснятый материал, тогда мы будем договариваться.

То есть сначала производится продукт, потом он предлагается?

Разные есть механизмы. Бывает так, что студии обращаются на каналы, берут гарантийные письма, и тогда снимают, будучи уверенными, что этот продукт купят. Я не отрицаю – есть такой путь. А можно рискнуть, произвести и продать - есть и такой путь.

А как происходит обычно? Какая модель самая приемлемая?

Есть вообще три модели. Первая – это вы делаете по заказу какого-то канала, вы просто продакшн-студия, которая выполняет чей-то заказ и в этом случае заказчик забирает все – и копирайт, и славу, и всё-всё. Есть второй путь, когда вы сами делаете, рискуете и тогда всё получаете сами. Есть третий путь – некая смешанная модель совместного производства. Все три пути для любой продакшн-студии я считаю приемлемы.

В чем основная проблема этой отрасли на ваш взгляд?

Основная – конечно нехватка оригинальных идей. А также проблема творческих кадров.

В принципе картинку научились делать, не хуже, чем в России, и технические вопросы уже решены четыре года как. С творческим потенциалом проблемы. Все же человеческого ресурса там больше?

Я считаю, что украинский продукт не хуже. Я смотрю российский - то же самое приблизительно.

И, тем не менее, крупные каналы привыкли работать с российским продуктом и они ему доверяют. Тот же «Интер», к примеру, покупает на сублицензию, потом еще продает в Украине второму эшелону, настолько доверяют российскому продукту. Это ведь и проще и удобней.

Конечно это удобней, когда продакшн-студия находится под рукой. И вместе с тем, я же говорю, что потребности настолько велики, что всем хватит работы. Общенациональный канал, российский или украинский, показывает 4 сериальные линейки – это тысяча эпизодов. Я не говорю о субботних, воскресных фильмах. Вот, посчитайте, какой объем, посмотрите - сколько производят в России, сколько в Украине. И увидите, что еще и не хватает. Я считаю, что нужно активно заниматься поддержкой национального кинопроизводства. Ничего сразу не делается. Начинать надо очевидно с того, чтобы в Украине создать льготные условия для кинопроизводства такие же, как в Польше и в России. Тогда можно говорить – снимайте на украинском языке. Нужно сделать так, чтобы украинский рынок, который сейчас в 8 раз меньше российского, подрос. И когда у нас будет рынок рекламный – миллиард, тогда каналы смогут платить продакшн-студии полную стоимость за серию, и тогда можно снимать и на украинском языке. Если сейчас серия «мыла» стоит 60-70 тыс., а украинский канал может заплатить 30 тыс., где производителю взять 40 тыс.?

В этом причина привлечения российских звезд, которые тут работают за большие гонорары?

Ну конечно. Нам 40 тысяч надо вернуть, значит надо продать на российские каналы. Значит, нужны российские звезды. Если рынок рекламный удвоится и украинский канал сможет заплатить 60 тыс. за эпизод, не будет нужды в российских звездах. Мы будем занимать своих актеров и снимать на украинском языке. Все вопросы здесь, прежде всего экономические, никаких идеологических диверсий я не вижу. Есть законы рынка. Не нужно жить по законам советского времени, когда идеология диктует правила. Уже мы это проходили.

Вы тоже намерены привлекать российских актеров? И режиссеров?

У нас есть разные проекты. Есть проекты, где мы будем привлекать, а есть проекты, где не будем привлекать. Сложно делать прогнозы. Что касается актеров, то и наши, киевские, актеры сейчас востребованы. Много снимаются. Да, есть и такие актеры, которые переезжают в Москву, где возможностей для раскрутки все-таки больше. Их в Киев пригласить уже не так-то просто. Ну что ж, звездный статус - заманчивая вещь.

У вас есть перспективный план?

Да. Есть идеи. Дайте срок. Я думаю, к осени с планами определимся. Сейчас же лето, июль – все в отпусках. Пока у нас три проекта в запуске и мы над ними работаем - три телефильма. Авторы украинские, украинские сценаристы, снимают украинские режиссеры, актеры – разные и российские, и украинские.

Вы снимаете для России и для Украины?

Да. Но если купят во Франции, я рад буду.

А вы предлагать будете?

Да, безусловно.

Это будет такая внетерриториальная история, как обычно, без определения страны…как бы некий славянский город?

Ну, мелодрама она везде мелодрама.

Какая сейчас структура студии и сколько человек в штате?

В студии работает 5 человек, из тех, кто в штате. Два креативных продюсера - они занимаются только поиском и разработкой тем, примерно зная, что нам нужно, они в этом направлении и ищут, есть административный штат, тоже два человека и я.
А больше и не надо. Люди будут приходить на проекты. У нас структура такая, что большой штат не нужен. Есть проект, пришли люди – делают. Нет проекта – не занимаются. Но создавать бюрократическую машину мы не будем.

А есть ли обойма сценаристов, с которыми вы намерены сотрудничать?

Со всеми сценаристами, которые работают в Киеве, мы знакомы и со всеми хотим сотрудничать. Без исключения. Я никого не выделяю, здесь у меня нет никаких предпочтений. Читаем сценарий – нам понравился – мы его берем, не понравился - не берем.

Что же все-таки случилось на «1+1»? Почему вы отказались от такого, казалось бы, довольно заманчивого предложения возглавить «Интер-Медиа», которая с недавних пор называется «1+1 Медиа»? Какие-то невыполнимые условия вам поставили?

Так просто сложилось. Мне показалось, что я 10 лет проработал на канале и отдал ему все что мог. «Прима-фильм» - студия хоть и небольшая, но я здесь менее зависим и в принятии творческих решений, и в плане всего остального. На большом канале столько бюрократических процедур, что выдержать это сложно. Они отнимают очень много времени, которое лучше потратить на какую-то интересную творческую работу.

А что свело вас с Прутником?

Эдуард Анатольевич давно в телевизионном бизнесе. Сейчас решил заниматься производством фильмов для телеканалов. Кроме того, он намерен участвовать как депутат-законодатель в процессе, связанном с утверждением нового статуса украинского кино, чтобы поддержать развитие отрасли. Мы договорились о том, что он - почетный президент этой компании и о том, как мы взаимодействуем. Меня это устроило.

Вам предоставили полную свободу действий?

Да. Мне доверяют. И это приятно. Я с уважением отношусь к Эдуарду Анатолиевичу, потому что он и его команда с нуля подняли НТН, который был в свое время очень неплохим каналом. То есть человек может поднимать новые проекты и знает, что для этого нужно.

Вы планируете только фильмы производить или еще какой-то телевизионный продукт? Или это вопрос не сегодняшнего дня?

Мы не планируем делать ни программы, ни шоу. Пока в планах только фильмы – это может быть игровое кино, возможны какие-то фильмы на стыке жанров документалистики и игрового. Думаю, что со временем, когда немножко раскрутится творческий механизм, к нам будут обращаться с предложениями не только из Киева, но из других регионов. Из Харькова уже звонили, интересовались.

А вот этот слух относительно «Альфа-банка» насколько был оправдан? Может, были какие-то предложения, переговоры?

Нет. Эта слухи и только.